Antifa.me » Религия и Наука

Война в прямом эфире

admin — Sun, 04 Jan 2009 00:20:20 +0000

В век информационных технологий война через экраны телевизоров и мониторы компьютеров приходит в дом каждого из нас. Война за чашкой утреннего кофе, война за ужином, война перед сном. Война стала телевизионным представлением, зажигательным ток-шоу в прямом эфире. Она щекочет нервы, будоражит кровь, захватывает наше внимание. Происходит, поистине, страшная вещь – война становится для нас обыденностью, мы привыкаем к крови и разрухе на экране, как к нудным репортажам из отечественного парламента.

Это – век информационных технологий и информационных войн, в которых сражения идут не за клочок земли, а за души и умы зрителей, в том числе и наши с вами. В информационных войнах выигрывает тот, кто сумеет создать себе лучший имидж, привлечь на свою сторону как можно больше сторонников, завоевать у них как можно больше доверия.

Это – искусство военно-политической пропаганды, в которой до сих пор бесспорными лидерами являются американцы и израильтяне. Благодаря современным СМИ, телевидению и интернету они коренным образом изменили взгляд на войну. СМИ, благодаря ежедневному информационному прессингу, способны так запудрить мозги человеку, что он перестает задумываться над фактами, перестает мыслить логически и начинает воспринимать как аксиому даже самую большую и неприкрытую ложь.

Отныне на современной войне значение имеет не то, как, с кем и ради чего ты воюешь, а то, как это подается зрителю – собственному населению и мировому сообществу. Даже в вопросах терминологии мы можем узреть преимущество «Израиля» на информационном поле. С его подачи практически во всех мировых СМИ бойцы ХАМАС именуются террористами и боевиками, а не ополченцами и защитниками родной земли, каковыми они на самом деле являются.

Именно по причине тотального превосходства «Израиля» в мировых СМИ вероломное нападение на мирные города сектора Газа и бойня, учиненная в жилых кварталах, подаются по всему миру, как справедливая и защитная военная операция. «Израиль» господствует не только в своем влиянии на мировые СМИ, но и даже в формировании того языка, которым пользуются журналисты всего мира.

К методам и приемам информационной войны, которую ведет «Израиль» против всего мира, относятся:

- дезинформирование, заключающееся в намеренном предоставлении ложной информации;
- информационная перегрузка, которая состоит в том, что через СМИ сообщается гигантское количество информации, зачастую ненужной, отвлеченной, в результате чего обыватель не в состоянии разобраться в истинной сути проблемы;
- дозирование информации, когда сообщается только часть сведений, а остальные тщательно скрываются. Это приводит к тому, что картина реальности искажается в ту или иную сторону, либо вообще становится непонятной;
- затягивание времени, сводящееся к тому, чтобы под различными предлогами оттягивать обнародование действительно важных сведений до того момента, когда уже будет поздно что-то изменить;
- наклеивание ярлыков, когда для компрометации бойцов исламского сопротивления им без доказательств даются неблаговидные определения, характеристики, навешиваются жупелы, например, «террористы», «малолетние убийцы», «смертники», «враги всего свободного мира» и т. д.;
- создание и распространение разного рода ничем не подтвержденных слухов (слухи-пугала, разобщающие и агрессивные слухи), как, например слухов о том, что ХАМАС после уничтожения «Израиля» возьмется за уничтожение европейской и американской демократии.

Именно с помощью этих методов воздействия на сознание людей «Израиль» добился небывалого по масштабам подчинения общественного мнения своему влиянию. Чтобы осознать всю чудовищность изобретенной израильтянами машины лжи стоит привести один пример.

Если бы телевидение существовало во времена фашистской Германии, то с экранов телевизора этнические чистки объяснялись бы борьбой с террористами, совершившими поджег Рейхстага и объявившими войну всему цивилизованному (в смысле – расово чистым арийцам) человечеству.

Концлагеря назывались бы не иначе как лагерями беженцев, которым правительство Германии любезно оказывает финансовую помощь и поставляет медикаменты. Захват Европы определили бы как создание буферной зоны для защиты германского народа и всего свободного мира от врагов и варваров.

Геббельс с экранов вещал бы на весь мир, что антитеррористическая операция в России будет закончена сразу, как только русские партизаны-террористы перестанут взрывать поезда и выдадут захваченных в плен солдат вермахта.

Когда же кто-то в мировых СМИ перестает следовать в русле такой политики, «Израиль» тут же объявляет этому каналу или изданию бойкот и пытается его блокировать. В августе 2006 году израильтяне требовали, чтобы правительство объявило бойкот британскому каналу «BBC» и лишило аккредитации журналистов телерадиокомпании, освещающих израильскую агрессию в Ливане.

Израильское правительство прежде тоже бойкотировало «BBC». В 2003 году чиновники ввели запрет на общение с журналистами британского вещателя. В ответ на освещение телерадиокомпанией волны насилия в Палестине израильское правительство также перестало приглашать репортеров этого СМИ на брифинги. Блокада «BBC» была снята только спустя 7 месяцев – после того, как телекомпания создала рабочую группу, которая должна была изучить, насколько обоснованы претензии израильской стороны.

Из того же ряда, когда вывешенные израильскими военными на сайте «YouTube» кадры бомбардировок сектора Газа подаются, как информирование мировой общественности о методах и целях военной операции. Но когда то же самое делает ХАМАС, публикующее в интернете кадры своих военных операций против «Израиля», это называется пропагандой насилия и терроризма и блокируется всеми возможными способами.

Также к успехам информационной войны «Израиля» можно отнести и то, что уже в первые дни войны 2006 года в Ливане был уничтожен бомбежкой телевизионный центр в Бейруте. Во время последней же варварской акции в Газе израильские самолеты сразу же постарались уничтожить офисы и трансляторы палестинского канала «Аль-Акса». Уничтожение офисов ливанского и палестинского каналов лишало «Хизбуллу» и ХАМАС возможности транслировать в эфир результаты бомбежек и показывать истинную картину происходящего на Ближнем Востоке.

Такая мощная информационная атака и война, которую ведет «Израиль» против палестинцев, ливанцев, да и всего мусульманского мира, не могут не принести свои плоды. Образ мусульманина и араба уже невероятно искажен и демонизирован в мировом сознании. Чтобы понять это стоит посмотреть, кто является основным врагом мирного человечества в западных фильмах.

Здесь уместно вспомнить диалог из фильма «Супершпион». Один американец спрашивает у другого: «Что ты знаешь об арабах?». Второй честно отвечает: «В общем-то, ничего… Но мне кажется мы должны их всех разбомбить». Эта неосознанная реакция, возникающая в сознании человека при упоминании слова «арабы» или «мусульмане» и есть основная победа израильской стороны в информационной войне.

Максуд Сабах

Верующие люди лучше приспособлены к жизни, считают ученые

admin — Wed, 31 Dec 2008 00:20:22 +0000

Исследование Университета Майами показало, что верующие лучше приспособлены к жизни. Дело в том, что они – в отличие от многих нерелигиозных людей – обладают лучшей способностью к самоконтролю, что позволяет им успешнее добиваться достижения стратегических целей, сообщает «NewsRu» со ссылкой на «Washington Profile».

Этот вывод был сделан в результате анализа результатов подобных исследований в сферах экономики, психологии, социологии и т. п., проведенных в течение последних десятилетий. Авторы всех этих исследований оценивали влияние религиозных взглядов на различные аспекты жизни человека.

В результате оказалось возможным сделать определенные обобщающие выводы из накопленной информации. Во-первых, религиозные ритуалы, такие как молитва и медитация, позитивно влияют на те участки головного мозга, которые отвечают за саморегуляцию и самоконтроль.

Во-вторых, если человек считает определенные цели «священными», он прилагает больше усилий для их достижения и, вероятно, действует более эффективно. В-третьих, религиозные догматы (например, представление, что Всевышний постоянно следит за их поступками) заставляют верующих соблюдать более жесткие стандарты жизни – например, они препятствуют приобретению вредных привычек и совершению антиобщественных действий.

Результатом этого (для верующих) является, как правило, несколько лучшая успеваемость в школе и\или вузе, меньшая подверженность алкоголизму и наркомании, меньшая уязвимость к депрессиям, лучшее здоровье и большая продолжительность жизни.

5 тысяч датчан обратились в Ислам за 2008г

admin — Sun, 28 Dec 2008 02:02:40 +0000

Все большее число этнических датчан принимает Ислам. По данным местного телеканала, в 2008 году мусульманами стали 5 тысяч жителей Дании. Эта цифра в два раза превышает показать за 2005 год. Более двух третей всех новообратившихся датчан составляют мужчины, сообщает «Ислам в РФ» со ссылкой на «Dr.dk».

Специалист по межкультурным отношениям профессор Кейт Остергаард считает, что люди становятся мусульманами по разным причинам. Женщины часто принимают Ислам, когда выходят замуж за мусульманина, кого-то привлекает в Исламе идея равенства и социальной справедливости, некоторые приходят к этой религии в результате тщательного изучения и сравнения.

На этой неделе одним из участников передачи об Исламе на телеканале «TV Avisen» стал Абдуллах Шихалфи – этнический датчанин из города Аархус, который стал мусульманином пять лет назад. «Ислам выступает против расизма, социального угнетения. Для многих эта религия – единственная возможность найти справедливость в этом мире», – говорит он.

Источник: http://www.dr.dk/Regioner/Kbh/Tema/Muslimeridk/religion/20060211125708.htm

США важно возродить миф об «исламском терроризме»

admin — Fri, 05 Dec 2008 20:43:00 +0000

Аналитики о событиях в Мумбаи

Атака террористов на финансовую столицу Индии вызвала серьезную напряженность в отношениях Дели и Исламабада, усилила религиозные противоречия внутри страны, где проживает 300-миллионная мусульманская община. Между тем США по традиции обвинили в произошедшем «Аль-Каиду». У нападения террористов на мегаполис Мумбаи – «почерк «Аль-Каиды», заявила в столице Индии государственный секретарь США Кондолиза Райс.

Кто стоит за трагическими событиями в Индии и какие цели преследует? Об этом рассуждают представители экспертного сообщества.

Главный редактор газеты «Завтра» Александр Проханов считает, что версия об Аль-Каиде «абсолютно неправдоподобна»:

«Кого там обвинила Кондолиза Райс, мне не очень интересно, – отмечает аналитик, – потому что она и 11 сентября приписала «Аль-Каиде»: этакий мальчик для битья, который позволяет американцам сваливать все на исламский экстремизм. Но пока что «Аль-Каида» не поймана, и Бин Ладен является скорее фантомом, чем человеком».

«У меня есть ощущение, что это дело рук Чейни и Буша, – сказал Александр Проханов, – это не непосредственные задачи, но по существу свет ведет именно туда. Эти акты должны были показать, что эра терроризма не кончена, мир захвачен терроризмом, и поэтому все реакции США на терроризм оправданы. То есть, по существу, это была имитация 11 сентября».

«И если мы помним, после 11 сентября были развязаны две крупнейшие войны и получено обострение на Ближнем Востоке. Именно эти события завершают эру Буша и Чейни, но не завершают эру террористических угроз, террористической опасности и оставляют руки США развязанными», – добавил Проханов.

По мнению Шамиля Султанова, президента Центра стратегических исследований «Россия – Исламский мир», заявления о причастности к терактам «Аль-Каиды» не выдерживают никакой критики. «Я уверен, что и в Пентагоне, и в ЦРУ мало кто верит в миф об «Аль-Каиде», – сказал он. – Действующий министр обороны США буквально три недели тому назад сказал, что «Аль-Каида» – это не организация, а некая совокупность автономных единиц, которые объединены некой идеологией, а относиться к ней, как к какой-то могущественной организации, было бы, по меньшей мере, глупо. То, что произошло в Мумбаи, показывает, что там были серьезно задействованы и люди, и организации. Мне это сильно напоминает 11 сентября 2001 года, крупная провокация того времени».

Он также подчеркнул, что трагические события в Индии служат поддержанию нужного уровня «угрозы исламского терроризма» для реализации американских геополитических планов. «Соединенным Штатам важно опять возродить миф об «исламском терроризме» и чем больше будет жертв в этом смысле, тем лучше. Поэтому они специально нагнетают обстановку вокруг Пакистана и во взаимоотношениях между Индией и Пакистаном», – отметил Шамиль Султанов.

«Я исхожу из того, – сказал он, – что за этими терактами стоят американские спецслужбы. Подтверждение тому – слова будущего вице-президента Байдона, который два месяца назад проговорился, что в первые месяцы своего президентства Барак Обама столкнется с несколькими крупными внешнеполитическими кризисами».

Советник президента и вице-президент Академии геополитических проблем, руководитель Центра проблем этнополитики и Ислама Деньга Халидов не исключает, что помимо американских спецслужб в этой операции могли быть задействованы спецслужбы «Израиля» и Индии. «Думаю, что эта операция была проведена спецслужбами США и «Израиля» совместно с индийскими спецслужбами», – считает Деньга Халитов.

По мнению Халитова, «это многоходовая комбинация, целью которой является усиление контроля над Пакистаном. Она дает американцам дополнительные возможности для усиления своего влияния в Пакистане, проведения военных операций в некоторых районах страны под предлогом борьбы с международным терроризмом».

Екатерина Денисова
IslamNews

«Патриотизм или мир?»

admin — Thu, 19 Jun 2008 16:35:18 +0000

Милостивый государь,

Вы пишите мне о том, чтобы я высказался по случаю Северо-Американских Штатов с Англией «в интересах христианской последовательности и истинного мира», и выражаете надежду, «что народы скоро проснутся к единственному средству обеспечить международный мир».

Я питаю ту же надежду. Питаю эту надежду потому, что ослепление, в котором в наше время находятся народы, восхваляющие патриотизм, воспитывающие свои молодые поколения в суеверии патриотизма и, между тем, не желающие неизбежных последствий патриотизма–войны, дошло, как мне кажется, до той последней степени, при которой достаточно самого простого, просящегося на язык каждого непредубежденного человека, рассуждения, для того, чтобы люди увидали то вопиющее противоречие, в котором они находятся.

Часто, когда спрашиваешь у детей, что они выбирают из двух несовместимых вещей, но которых им обеих очень хочется, они отвечают: и того и другого. Что хочешь: ехать кататься или дома играть? И ехать кататься и дома играть.

Точно так же отвечают нам христианские народы на поставленный им жизнью вопрос: что они выбирают из двух: патриотизм или мир? Они отвечают: и патриотизм и мир, хотя соединить патриотизм и мир так же невозможно, как в одно и то же время ехать кататься и оставаться дома.

На днях между Северо-Американскими Штатами и Англией произошло столкновение из-за границ Венецуэлы. Сольсбери на что-то не согласился, Кливеленд написал послание в сенат, с обеих сторон раздались патриотические, воинственные возгласы, на бирже произошла паника, люди потеряли миллионы фунтов и долларов, Эдиссон объявил, что он выдумает такие снаряды, которыми можно будет в час убивать больше людей, чем убил Аттила во все свои войны, и оба народа стали энергически готовиться к войне. Но оттого ли, что одновременно с этими приготовлениями к войне как в Англии, так и в Америке разные литераторы, принцы и государственные люди стали увещевать правительства обоих народов о том, чтобы они воздержались от войны, что предмет раздора недостаточно важен для того, чтобы начинать войну, в особенности между двумя родственными, говорящими на одном языке, англо-саксонскими народами, которые должны не воевать между собою, а спокойно властвовать над другими. Или оттого, что об этом молились и читали проповеди в своих церквах всякого рода епископы и архидьяконы, каноники, или оттого, что та и другая сторона не считали себя еще готовыми, но случилось так, что войны на этот раз не будет. И люди успокоились.

Но ведь надо иметь слишком мало реrspicacitе (проницательности) для того, чтобы не видеть того, что причины, которые привели теперь к столкновению между Англией и Америкой, остались те же, и что если теперешнее столкновение и разрешится без войны, то неизбежно завтра, послезавтра явятся другие столкновения между Англией и Америкой, и Англией и Германией, и Англией и Россией, и Англией и Турцией во всех возможных перемещениях, как они и возникают ежедневно, и какое-нибудь из них неизбежно приведет к войне.

Ведь если живут рядом два вооруженные человека, которым с детства внушено, что могущество, богатство и слава суть высшие добродетели и что потому приобретать могущество, богатство и славу оружием в ущерб другим соседним владетелям есть самое похвальное дело, и если при этом над этими людьми не стоит никакого ни нравственного, ни религиозного, ни государственного ограничения, то разве не очевидно, что такие люди будут всегда воевать, что нормальное отношение их между собой будет война и что если такие люди, сцепившись, разошлись на время, то это они сделали только по французской пословице: роor mieux sauter, т.е. разбежались для того, чтобы лучше прыгнуть, с большим остервенением броситься друг на друга.

Страшен эгоизм частных людей, но эгоисты частной жизни не вооружены, не считают хорошим ни готовить, ни употреблять оружие против своих соперников; эгоизм частных людей находится под контролем и государственной власти и общественного мнения. Частного человека, который с оружием в руках отнимет у соседа корову или десятину посева, сейчас же возьмут полицейские и посадят в тюрьму. Кроме того, такого человека осудит общественное мнение, его назовут вором и грабителем. Совсем иное с государствами: все они вооружены, власти над ними нет никакой, кроме комических попыток поймать птицу, посыпав ей соли на хвост, попыток учреждения международных конгрессов, которые, очевидно, никогда не будут приняты могущественными (для того-то и вооруженными, чтобы не слушаться никого) государствами, и главное то, что общественное мнение, которое карает всякое насилие частного человека, восхваляет, возводит в добродетель патриотизма всякое присвоение чужого для увеличения могущества своего отечества.

За какое хотите время откройте газеты и всегда, всякую минуту вы увидите черную точку, причину возможной войны: то это будет Корея, то Памиры, то Африканские земли, то Абиссиния, то Армения, то Турция, то Венецуэла, то Трансвааль. Разбойничья работа ни на минуту не прекращается, и то здесь, то там не переставая идет маленькая война, как перестрелка в цепи, и настоящая, большая война всякую минуту может и должна начаться.

Если американец желает предпочтительного пред всеми другими народами величия и благоденствия Америки, и точно того же желает англичанин, и того же желает русский, и турок, и голландец, и абиссинец, и гражданин Венецуэлы и Трансвааля, и армянин, и поляк, и чех, и все они убеждены, что эти желания не только не надо скрывать и подавлять, но что этими желаниями можно гордиться и должно развивать их в себе и других, и если величие и благоденствие одной страны или народа не может быть приобретено иначе, как в ущерб другой или иногда и многих других стран и народов, то как же не быть войне. И потому для того, чтобы не было войны, нужно не читать проповеди и молиться богу о том, чтобы был мир, не уговаривать Еnglish speaking nations (нации, говорящие по-английски) быть в дружбе между собою, чтобы властвовать над другими народами, не составлять двойственный и тройственный союзы друг против друга, не женить принцев на принцессах других народов, а нужно уничтожить то, что производит войну. Производит же войну желание исключительного блага своему народу, то, что называется патриотизмом. А потому для того, чтобы уничтожить войну, надо уничтожить патриотизм. А чтобы уничтожить патриотизм, надо прежде всего убедиться, что он зло, и вот это-то и трудно сделать.

Скажите людям, что война дурно, они посмеются: кто же этого не знает? Скажите, что патриотизм дурно, и на это большинство людей согласится, но с маленькой оговоркой. –Да, дурной патриотизм дурно, но есть другой патриотизм, тот, какого мы держимся. — Но в чем этот хороший патриотизм, никто не объясняет. Если хороший патриотизм состоит в том, чтобы не быть завоевательным, как говорят многие, то ведь всякий патриотизм, если он не завоевательный, то непременно удержательный, то есть что люди хотят удержать то, что прежде было завоевано, так как нет такой страны, которая основалась бы не завоеванием, а удержать завоеванное нельзя иными средствами, как только теми же, которыми что-либо завоевывается, то есть насилием, убийством. Если же патриотизм даже и не удержательный, то он восстановительный–патриотизм покоренных, угнетенных народов–армян, поляков, чехов, ирландцев и т.п. И этот патриотизм едва ли не самый худший, потому что самый озлобленный и требующий наибольшего насилия.

Патриотизм не может быть хороший. Отчего люди не говорят, что эгоизм может быть хороший, хотя это скорее можно бы было утверждать, потому что эгоизм есть естественное чувство, с которым человек рождается, патриотизм же чувство неестественное, искусственно привитое ему.

Скажут: «Патриотизм связал людей в государства и поддерживает единство государств». Но ведь люди уже соединились в государства, дело это совершилось; зачем же теперь поддерживать исключительную преданность людей к своему государству, когда эта преданность производит страшные бедствия для всех государств и народов. Ведь тот самый патриотизм, который произвел объединение людей в государства, теперь разрушает эти самые государства. Ведь если бы патриотизм был только один: патриотизм одних англичан, то можно бы было его считать объединяющим или благодетельным, но когда, как теперь, есть патриотизм: американский, английский, немецкий, французский, русский, все противоположные один другому, то патриотизм уже не соединяет, а разъединяет. Говорить, что если патриотизм был благодетелен, соединяя людей в государства, как это было во времена его расцвета в Греции и Риме, то от этого патриотизм и теперь, после 1800 лет христианской жизни, так же благодетелен, все равно, что говорить, что так как пахота была полезна и благодетельна для поля перед посевом, то она так же будет благодетельна теперь, когда посев уже взошел.

Ведь хорошо бы было удерживать патриотизм в память той пользы, которую он когда-то принес людям, как хранят и удерживают люди старинные памятники храмов, гробниц и т.п. Но храмы стоят, не принося людям никакого вреда, патриотизм же не переставая производить неисчислимые бедствия.

Отчего страдают и режутся теперь и звереют армяне и турки? Отчего Англия и Россия, озабоченная каждая своей долей наследства после Турции, выжидают, а не прекращают армянские побоища? Отчего режутся абиссинцы и итальянцы? Отчего чуть не возникла страшная война из-за Венецуэлы, а теперь из-за Трансвааля? А Китайско-японская война, а Турецкая, а Германская, Французская? А озлобление покоренных народов: армян, поляков, ирландцев! А приготовления к войне всех народов? — Все это плоды патриотизма. Моря крови пролиты из-за этого чувства и будут еще пролиты из-за него, если люди не освободятся от этого отжившего остатка старины.

Мне несколько раз уже приходилось писать о патриотизме, о полной несовместимости его с учением не только Христа, в его идеальном смысле, но и с самыми низшими требованиями нравственности христианского общества, и всякий раз на мои доводы мне отвечали или молчанием, или высокомерным указанием на то, что высказываемые мною мысли суть утопические выражения мистицизма, анархизма и космополитизма. Часто мысли мои повторялись в сжатой форме, и вместо возражений против них прибавлялось только то, что это не что иное, как космополитизм, как будто это слово «космополитизм» бесповоротно опровергало все мои доводы.

Люди серьезные, старые, умные, добрые и, главное, стоящие как город на верху горы, люди, которые своим примером невольно руководят массами, делают вид, что законность и благодетельность патриотизма до такой степени очевидна и несомненна, что не стоит отвечать на легкомысленные и безумные нападки на это священное чувство, и большинство людей, с детства обманутое и зараженное патриотизмом, принимает это высокомерное молчание за самый убедительный довод и продолжает коснеть в своем невежестве.

И потому те люди, которые по своему положению могут избавить массы от их бедствий и не делают этого, — совершают большой грех.

Самое ужасное зло в мире есть лицемерие. Недаром Христос один только раз прогневался, и это было против лицемерия фарисеев.

Но что было лицемерие фарисеев в сравнении с лицемерием нашего времени. В сравнении с нашими лицемеры-фарисеи были самые правдивые люди, и их искусство лицемерить в сравнении с искусством наших — детская игрушка. И оно не может быть иначе. Вся наша жизнь с исповеданием христианства, учения смирения и любви, соединенная с жизнью вооруженного разбойничьего стана, не может быть ни чем иным, как сплошным, ужасным лицемерием. Оно очень удобно — исповедывать такое учение, в котором: на одном конце христианская святость и потому непогрешимость, а другом — языческий меч и виселица, так что, когда можно импонировать и обманывать святостью, пускается в ход святость, когда же обман не удается, пускается в ход меч и виселица. Такое ученье очень удобно, но приходит время, когда эта паутина лжи расползается и нельзя уже продолжать держаться того и другого и необходимо примкнуть к тому или другому. Это самое теперь наступает по отношению к учению о патриотизме.

Хотят или не хотят этого люди, вопрос ясно стоит перед человечеством: каким образом может тот патриотизм, от которого происходят неисчислимые как физические, так и нравственные страдания людей, — быть нужным и быть добродетелью? И ответить на этот вопрос необходимо. Необходимо или показать, что патриотизм есть такое великое благо, что он выкупает все те страшные бедствия, какие он производит в человечестве, или признать, что патриотизм есть зло, которое не только не надо прививать и внушать людям, но от которого надо всеми силами стараться избавиться.

С’ est a prendre ou a laisser, [хотите избавляйтесь, хотите не избавляйтесь] как говорят французы. Если патриотизм добро, то христианство, дающее мир, — пустая мечта, и чем скорее искоренить это учение, тем лучше. Если же христианство действительно дает мир и мы действительно хотим мира, то патриотизм есть пережиток варварского времени, который не только не надо возбуждать и воспитывать, как мы это делаем теперь, но который надо искоренять всеми средствами: проповедью, убеждением, презрением, насмешкой. Если христианство истина и мы хотим жить в мире, то не только нельзя сочувствовать могуществу своего отечества, но надо радоваться ослаблению его и содействовать этому. Надо радоваться, когда от России отделяется Польша, Остзейский край, Финляндия, Армения; и англичанину радоваться тому же по отношению Ирландии, Австрии, Индии и других колоний и содействовать этому, потому что чем больше государство, тем злее и жесточе его патриотизм, тем на большем количестве страданий зиждется его могущество. И потому, если мы хотим действительно быть тем, что мы исповедуем, мы не только не должны, как теперь, желать увеличения своего государства, но желать уменьшения, ослабления его и всеми силами содействовать этому. И так и воспитывать молодые поколения. Должны воспитывать молодые поколения так, чтобы, как теперь стыдно молодому человеку проявлять свой грубый эгоизм, например, тем, чтобы съесть все, не оставив другим, столкнуть слабейшего с дороги, чтобы самому пройти, отнять силою то, что нужно другому– так же бы было стыдно желать увеличения могущества своего отечества; и так же как считается глупым и смешным теперь восхваление самого себя, так же бы считалось [глупым] восхваление своего народа, как оно теперь производится в разных лживых отечественных историях, картинах, памятниках, учебниках, статьях, стихах, проповедях и глупых народных гимнах. Но надо понимать, что до тех пор, пока мы будем восхвалять патриотизм и воспитывать его в молодых поколениях, у нас будут вооружения, губящие и физическую и духовную жизнь народов, будут и войны, ужасные, страшные войны, как те, к которым мы готовимся и в круг которых мы вводим теперь, развращая их своим патриотизмом, новых страшных бойцов Дальнего Востока.

Император Вильгельм, одно из самых комических лиц нашего времени, оратор, поэт, музыкант, драматург и живописец и, главное, патриот, нарисовал недавно картину, изображающую все народы Европы с мечами, стоящие на берегу моря и по указанию архангела Михаила смотрящие на сидящие вдалеке фигуры Будды в Конфуция. По намерению Вильгельма это должно означать то, что народы Европы должны соединиться, чтобы противостоять надвигающейся оттуда опасности. И он совершенно прав с своей отставшей на 1800 лет языческой, грубой, патриотической точкой зрения.

Европейские народи, забыв Христа во имя своего патриотизма, все больше и больше раздражали и научали патриотизму и войне эти мирные народы и теперь раздразнили их так, что действительно, если только Япония и Китай так же вполне забудут учение Будды и Конфуция, как мы забыли учение Христа, то скоро выучатся искусству убивать людей (этому скоро научаются, как и показала Япония) и, будучи бесстрашны, ловки, сильны и многочисленны, неизбежно очень скоро сделают из стран Европы, если только Европа не сумеет противопоставить чего-нибудь более сильного, чем оружие и выдумки Эдиссона, то, что страны Европы делают из Африки. «Ученик не бывает выше своего учителя, но и усовершенствовавшись, будет всякий, как учитель его» (Лука, VI, 40).

На вопрос одного царька: сколько и как прибавить войска, чтобы победить один южный не покорявшийся ему народец, — Конфуций отвечал: «уничтожь все твое войско, употреби то, что ты тратишь теперь на войско, на просвещение своего народа и на улучшение земледелия, и южный народец прогонит своего царька и без войны покорится твоей власти».

Так учил Конфуций, которого нам советуют бояться. Мы же, забыв учение Христа, отрекшись от него, хотим покорить народы силою и этим только приготовляем себе новых и более сильных врагов, чем наши соседи.

Один мой приятель, увидав картину Вильгельма, сказал: «Картина прекрасная. Только она означает совсем не то, что подписано. Она означает то, что архангел Михаил указывает всем правительствам Европы, изображенным в виде увешанных оружием разбойников, то, что погубит и уничтожит их, а именно: кротость Будды и разумность Конфуция». Он мог прибавить: «И смирение Лао-Тзе». И действительно, мы, благодаря своему лицемерию, до такой степени забыли Христа, вытравили из своей жизни все христианское, что учение Будды и Конфуция без сравнения стоят выше того зверского патриотизма, которым руководятся наши мнимо-христианские народы.

И потому спасение Европы и вообще христианского мира не в том, чтобы, как разбойники, обвешавшись мечами, как их изобразил Вильгельм, бросаться убивать своих братьев за морем, а напротив, в том, чтобы отказаться от пережитка варварских времен — патриотизма и, отказавшись от него, снять оружие и показать восточным народам не пример дикого патриотизма и зверства, а пример братской жизни, которой мы научены Христом.

Москва. 5 января 1896.